США и Великобритания в новых для них амплуа  6

Геополитика

23.06.2018 07:19

Борис Межуев

5535  9.1 (21)  

США и Великобритания в новых для них амплуа

Что касается Великобритании и США, то пока трудно сказать, достигнута ли в их позиции точка кристаллизации. До какой степени Америка будет следовать и далее нынешним курсом Трампа, а Великобритания – курсом, условно говоря, Бориса Джонсона и Терезы Мэй? Думаю, что в Англии кабинет находится под сильным прессингом со стороны заметно полевевших лейбористов, которые также оказывают свое влияние на общую политическую ситуацию в Великобритании.

Что касается США, то следы кристаллизации политики там (это моя гипотеза) видны гораздо более определенно. Трамп, точнее трампизм, – это надолго. Конечно, трампизм может в будущем предстать не в такой экстравагантной форме, в какой он сейчас представлен действующим президентом, а в какой-то другой, более традиционной, но в целом я убежден, что жесткий консервативный республиканизм – это будущее США.

Я думаю, вряд ли там появится новый Обама, а если появится, то едва ли он будет успешен. Отката от Трампа к Обаме не будет, как не произошло отката от Ельцина к Горбачеву и горбачевизму ни в лице Явлинского, ни в лице, условно говоря, Собчака. Не произошло и коммунистической реставрации, и не произойдет реставрации либерально-глобалистской.

США в общем определились со своим будущим, и не важно, кто его будет олицетворять после Трампа — Майк Пенс, Пол Райан или, может быть, Джон Болтон, но движение будет примерно в ту сторону, в какую оно сейчас и развивается. Что касается Великобритании, то, несмотря на Брекзит, там еще всё возможно. Возможны какие-то зигзаги, повороты, откаты и так далее.

Если отвлекаемся от этого и исходим из того, что нынешний тренд сохранится и в туманном Альбионе всерьез и надолго, то что получается? Получается, что западный мир раскалывается на две части. Ясно, что прослеживается союз Франции и Германии, континентальный блок либерального глобализма, который, я думаю, сохранится в каком-то качестве как опорная конструкция ЕС, а с другой стороны — всё более отдаляющиеся от этой конструкции США.

И Великобритания, видимо, насколько я понимаю, будет возвращаться к своей старой роли балансира двух частей Евро-Атлантического мира. Но прежнюю роль балансира играть невозможно. Потому что прежний балансир, в первую очередь, руководствовался военно-стратегическими соображениями, а никакой войны в точном смысле между США и ЕС быть не может (возможна только торговая война, и она уже идет), но, конечно, мы не увидим прежнего геополитического соперничества. Зато в полной мере увидим соперничество идеологическое, которого так не хватало тем, кто отказывался считать конфликт Запада с путинской Россией — Второй холодной войной.

Что же будет происходить? Как балансир Евроатлантического мира Великобритания будет одновременно перехватывать у США и функцию гаранта единства Евроатлантического мира: «Давайте подумаем о наших общих задачах, о наших общих ценностях, и главным образом – о наших общих противниках». У нас общий противник – Россия, и это то зло, что нас всех сближает, угроза, перед лицом которой мы должны все объединиться, – это усиление влияния России на евразийском пространстве, на восточной окраине Европы и на Ближнем Востоке».

Есть такая знаменитая фраза госсекретаря США Дина Ачесона, что Великобритания потеряла свою роль после распада Британской империи и не может найти ее заново. Вот теперь она находит ее заново в лице силы, утверждающей евроатлантическое единство как бы поверх популизма и евроинтеграции. Популизм и евроинтеграция, с этой точки зрения, — это две крайности, которые по-своему играют на руку Путину. Либерализм евроконтинентального толка слишком озабочен своим материальным комфортом, не хочет расстаться с собственной мягкостью в вопросах обороны, не чувствует опасности, исходящей от России, и не понимает важной роли «буферных государств» как форпоста против России.

А популизм тоже не сознает этой опасности, потому что находится в плену у собственного экономического эгоизма. Нужно что-то третье, и Великобритания будет искать это третье, в чем могла бы проявиться ее роль. Учитывая, что есть феномен Корбина и феномен лейбористов, не очень понятно, насколько она удержится в этой роли. Корбин и вся эта линия тянет Великобританию, в первую очередь, от США, обратно к континентальной Европе в попытке показать, что США не правы в израильском вопросе, потворствуя инстинктам самых правых израильских реакционеров.


Что вообще, фактически США ведут дело к поощрению в Израиле чуть ли не режима апартеида. Если лейбористы победят, то Британия однозначно присоединится к Европе в этой холодной идеологической войне.

Что хочет Трамп? Всё ведь упирается в него. Он как будто проводит странную политику в отношении России: с одной стороны – санкции, с другой – приглашение в Большую восьмерку. Что за этим стоит? Я думаю, что за этим стоит совершенно определенная задача – перетянуть Россию на сторону США в иранском вопросе. Я не думаю, что экономика играет здесь главную роль; экономический фактор в наших отношениях имеет минимальное значение.

От России США нужен дружелюбный нейтралитет в вопросе об Иране, тогда как конфликт Ирана и США неизбежен. От России требуется вежливый нейтралитет, чтобы Россия оказывала давление на Иран, постепенно выделяя территорию Сирии, которая де-факто является протекторатом России, из зоны шиитского полумесяца. Сирия не должна в преддверии неизбежной развязки быть плацдармом, удерживаемым Ираном.

Этот момент для Трампа главный. Пока Трамп занят Ираном, он будет вести себя с Россией так, как он себя с ней ведет: с «морковкой и плеткой» одновременно. Мы уже видели, что приход к власти в США предельно произраильской команды национальной безопасности обеспечил сравнительно мирное, хотя и предельно не конкретное решение северокорейской проблемы.

Как я и предсказывал с самого начала, Болтон сдал свои позиции по Северной Кореи без особого труда и нравственных страданий, потому что он шел во власть не ради решения проблемы Северной Кореи. Он туда шел ради другой страны и другой проблемы. И поэтому он легко отдал лавры миротворца Помпео и самому Трампу, сдал все свои карты.

Он мог ставить палки в колеса саммиту в Сингапуре; допускаю, что субъективно ему не нравилось то, как он прошел, но большому счету, как я и предполагал изначально, – не следовало переоценивать враждебность новой команды по национальной безопасности Северной Корее, для нее это не главный вопрос.

Болтон сдал назад и по вопросу России, он никак не дал понять, что приглашение вернуть Путина в G7 его как-то особенно ужаснуло. Я уверен, что он пришел в администрацию с конкретной целью, четкой задачей – прервать усиление регионального влияния Ирана. Смена режима – это цель-максимум, цель-минимум – любыми средствами не допустить того, чтобы Иран и дальше развивал свое региональное наступление и укреплял свое влияние. Для решения этой задачи хороши любые методы. Но обострение иранского вопроса может произойти только после, а не до промежуточных выборов. Пока Трамп должен продержаться полгода на лаврах миротворца и победителя.

То есть до ноября 2018 года есть передышка, внутри которой будут торги, в том числе и с Россией, и с Европой, и с Китаем, в том числе и экономические торги. Это всё напоминает ситуацию с Ираком. Сейчас такой 2002 год: всё сейчас будет обсуждаться, запрашиваться мнение Конгресса, что думает большинство, зондироваться позиция России, насколько она готова отойти от жесткой дипломатической формулы поддержки иранской сделки, насколько она готова отойти от дипломатического союза с Китаем по этому вопросу, насколько она готова продвинуться в американскую сторону. Позицию России будут раскачивать, пробовать на зуб и так далее. Давить, угрожать…

Задача Лондона в этой ситуации – снижать угрозы иранские, указывать на то, что Иран не такая уж большая опасность, и повышать риски российские. Я не хочу сказать, что это игра в доброго и злого следователя, но я думаю, такое понимание у английского кабинета и американского Белого дома есть. Вы там пугайте, а мы будем маневрировать.

Всё зависит от результатов промежуточных выборов: если победят демократы, они будут правдами и неправдами добиваться импичмента. Они идут на выборы с этим лозунгом. Если влияние республиканцев сохранится и укрепится, я думаю, реально мир замрет в ожидании нового, довольно серьезного военного конфликта на Ближнем Востоке, и трудно понять, будет ли он носить характер воздушных налетов, или осуществится что-то вроде наземного вторжения, но я уверен, что что-то подобное обязательно будет готовиться непременно.


Оцените статью