«Вторичное упрощение» мировой политической системы

Геополитика

11.05.2018 07:27  8.3 (17)  

Борис Межуев

4091

«Вторичное упрощение» мировой политической системы

Когда весной прошлого года Майкл Линд провозгласил свою идею «блокополитики», это воспринималось как своего теоретическое объяснение тем процессам, что в это время происходили на вершине пирамиды американской власти. Высокие кабинеты тогда стали постепенно покидать союзники Трампа, прошедшие с ним всю избирательную кампанию, которые были готовы вместе с ним «сушить вашингтонское болото» и бороться с гидрой глобализма.

Их места занимали кадровые военные или бизнесмены, чье мировоззрение соответствовало принятым американским истеблишментом нормам. Что это за нормы? Перечислим их. Уважение союзников по демократическому миру – главная и неоспоримая ценность, блок НАТО – опора западной цивилизации, дружбе США и ЕС нет альтернативы, Россия и Китай – опасные ревизионистские державы, выход из «иранской сделки» неминуемо приведет к большой войне без предсказуемого исхода.

Из всего происходившего тогда Линд сделал закономерный вывод: та реальность, которую он назвал «американским блоком», оказалась сильнее пафоса America First, и Трампу ничего не остается сделать, как, покорно согнув выю, подчиниться совокупному требованию истеблишмента, представителей которого в администрации 45-го обитателя Белого дома – тройку Мэттиса, Макмастера и Тиллерсона – начали называть не иначе, как «Осью взрослых». Сегодня от всех «взрослых» в администрации остался фактически один министр обороны Джеймс Мэттис, если не считать его друга – главу администрации генерала Джона Келли, который, думаю, доживает последние дни в Белом доме.

Фактически Линд говорил о том, что разветвленные сети чиновников, бизнесменов, политиков, которые и составляют «блок» в точном смысле, сильнее, чем популистские надежды европейских и американских националистов. «Блок» непобедим изнутри, рано или поздно логика «блока» — та самая «взрослая» логика – сломит революционный задор популизма, который надеется вернуть Запад в эпоху XIX века, с самостоятельно действующими суверенными государствами, руководствующимися принципами «национального интереса».

Как мы уже писали ранее, Линд недооценил двухсоставность «американского блока», и тот факт, что для республиканской части американского истеблишмента интересы Израиля и Саудовской Аравии окажутся важнее солидарности с союзниками по Евро-Атлантике.

Но степень этого равнодушия было невозможно представить заранее. Заявление Трампа о выходе из иранской сделки прозвучало шоком не столько из-за самого разрыва договора, скрепленного подписями шести государств. Это заявление было ожидаемо с самого прихода Трампа к власти. Не была ясна аранжировка этого выхода: Трамп мог заявить о выходе из сделки, потребовав ее немедленного пересмотра. Однако он не только не призвал Тегеран вновь сесть за стол переговоров, но и объявил, что будет считать преступными все те компании, кто после ноября 2018 года сохранит бизнес-отношения с Ираном. Иными словами, это прямой ультиматум европейским странам, компании которых за три года уже стали работать с Тегераном по различным направлениям.

Новоиспеченный советник по национальной безопасности Джон Болтон в новой статье в Washington Post, чтобы ни у кого не оставалось сомнений, какие мотивы на самом деле движут Трампом, прямо связал выход из сделки с Ираном с особыми отношениями, связывающими США с Израилем. Болтон не стал размениваться на псевдо-аргументы относительно недостаточно четко прописанных положений договора (типа его ограниченности по времени и нераспространения запретов на процесс производства ракет, но только на обогащение урана), что делали другие критики «сделки», а прямо указал на тот факт, что Иран слишком сильная в региональном отношении держава, и она распространяет свое – без сомнения, «преступное» – влияние всё дальше и дальше: на Сирию, Йемен и Ирак. Как будто не Болтон сотоварищи позволили Ирану расширить это влияние, уничтожив в 2003 году его главного регионального соперника.


Половина текста Болтона посвящена разумности переноса посольства США в Израиле в Иерусалим. Намек предельно ясен: союз Вашингтона и Иерусалима будет той основной связкой, которая должна совместно рулить Ближним Востоком. Захотят другие европейские страны присоединиться к этой связке, милости просим; не захотят, – жалеть не будем.

Если Болтон – это всерьез и надолго, а есть основание думать именно так, то понятно, почему уже год бедный Майкл Линд ни словом не вспоминает о своей злосчастной статье. Вся эта машинерия «мозговых центров», закрытых и открытых клубов, элитных форумов, все эти Брукингзы и Гуверы, и даже сам великий и ужасный The Atlantic Council – все они оказались совершенно бессильны перед мощнейшей лоббистской атакой со стороны нескольких произраильских спонсоров (самым известным из которых является воротила игорного бизнеса Шелдон Адельсон), пропихнувших Болтона в Белый дом. И Болтон делает теперь ровно то, что делал всегда: борется с путами на руках Вашингтона, которые не позволяют США делать то, что они считают нужным, – то есть уничтожать всех, кого необходимо уничтожить. В настоящий момент это именно Иран.

Та интрига, которая еще сохраняется в американской политике, – это то, насколько гладко и бесконфликтно будет происходить взаимодействие Болтона с его визави в Госдепе – бывшим главой ЦРУ Майком Помпео. Понятно, что последний отправлен на выгодный для его имиджа участок работы – на достижение сделки с Северной Кореей (уже намечена встреча глав США и Северной Кореи в Сингапуре 12 июня), тогда как всё обоснование поворотов в ближневосточной политике легло на плечи «усатого ветерана» дипломатических баталий.

Понятно, что хитроумный Помпео попытается извлечь из этого разделения максимум личной популярности: уже появляются статьи, в которых доказывается, что нынешний госсекретарь может вступить в союз с полуопальным «голубем» Джеймсом Мэттисом, и они в связке смогут поставить преграду Болтону и коалиции его спонсоров.

Следует ли верить этим надеждам? Конечно, кое-какие моменты обращают на себя внимание. Не дававший повод обвинить себя в беспринципности сенатор от штата Кентукки Рэнд Пол неожиданно поддержал фигуру Помпео при его утверждении в Сенате, сославшись на добрый и обнадеживающий разговор с будущим государственным секретарем, который оказался совсем не таким «ястребом», как казалось ранее. Еще менее, чем Пол, склонный к компромиссам с партией войны редактор сетевого издания Antiwar.com Джастин Раймондо из колонки в колонку доказывает, что у Трампа есть хитроумный план по выводу США из всех возможных войн, и этим неожиданно вынутым из кармана планом он посрамит как разочаровавшихся в нем скептиков, так и израильских партнеров. Дело не в том, стоит или не стоит верить в хитроумный план Трампа; дело в том, что или, точнее, кто объединяет трех либертарианцев – Помпео, Пола и Раймондо. А объединяют их, по-видимому, спонсоры Чайной партии братья Кохи, которые, кажется, готовы побороться с произраильской «осью» бизнесменов за влияние на консервативное движение Америки.

Эту гипотезу, впрочем, предстоит еще проверить, но нам сейчас важно другое: «американский блок» оказался разъеден враждующими бизнес-кланами, имеющими, в том числе, этническое происхождение. Сегодняшняя Америка по качеству взаимодействия бизнеса и политики явно напоминает юг Италии, от которого совсем не безосновательно пытается освободиться та самая «лига Севера».

Вернемся ли мы в эпоху «блокополитики», или же предсказание Линда следует окончательно отправить в бюро несбывшихся прогнозов? Пока говорить окончательно об этом невозможно, но с высоты сегодняшнего дня кажется, что мир XXI века будет миром не соперничающих геополитических блоков, но конкурирующих транснациональных бизнес-кланов, которые, впрочем, будут скрывать свои подлинные приоритеты за речами о «суверенитете» и «национал-популизме». В этом плане «блокополитика», от имени которой действовали Макмастер и Тиллерсон, отражала какую-то более высокую стадию развития человечества, чем «кланополитика» в исполнении Помпео, с одной стороны, и Болтона, с другой.

Впрочем, я не прогрессист и не считаю, что человечество движется от более простого к более сложному состоянию; время от времени оно переживает периоды «возвращения в простоту». Думаю, начало именно этого периода мы сегодня и наблюдаем.


Оцените статью