“Мы покрасим мавзолей!” – новый номер несогласных

Человек и общество

12.03.2016 13:24

Борис Межуев

422

“Мы покрасим мавзолей!” – новый номер несогласных

10 марта в славном городе Вильнюсе прошел Форум Свободной России. Несмотря на инцидент с российской группой тележурналистов, которую депортировали из Литвы как угрозу безопасности этой страны, заседания мероприятия можно было увидеть в прямой трансляции в Интернете. Я, увы, не нашел 10 марта времени для созерцания посиделок представителей «СвободоРоссии» и довольствовался записью. Что-то осталось за ее пределами, но, думаю, что я потерял совсем немного.

Суть происходящего не сложно было схватить из отдельных реплик в ФБ участников Форума и той единственной, полностью просмотренной мной панели, где КохЧичваркинИлья ПономаревИлларионов и Каспаров обсуждали «Россию без Путина». Их мечтания о том, какой прекрасной во всех отношениях будет эта страна, напомнили мне один всем известный анекдот, который я в разных вариациях слышал с 1988 года. Тогда в нем шла речь о безнадежно запутавшемся в перестроечных делах Горбачеве, задумавшем воскресить Сталина. Сталин предложил Горбачеву расстрелять всех членов ЦК КПСС и перекрасить Мавзолей в зеленый цвет. Опешивший от такого поворота Генеральный секретарь спросил, а зачем Мавзолей-то перекрашивать, на что вождь невозмутимо ответил: «Я так и знал, что по первому вопросу разногласий не будет». В 1994 году Горбачева в анекдоте успешно сменил Ельцин, а членов ЦК КПСС – депутаты Государственной думы РФ. Последний раз я слышал этот анекдот в 2011 – тогда речь шла о Медведеве и, разумеется, о членах партии «Единая Россия». Я тогда как раз работал в структурах этой партии, и мне было не очень смешно.

Однако рассказчики никогда не трогали Мавзолей, который во всех вариантах анекдота требовалось обязательно покрасить «в зеленый цвет». Участники Форума Свободной России исправили этот недостаток «бородатого» анекдота, предложив свои версии второго, заведомо абсурдного совета вождя. Гарри Каспаров посчитал, что «Россия после Путина», еще не оправившаяся от последствий его правления, должна быть лишена права на федеральное представительство: в стране следует оставить только региональные законодательные собрания, а вся полнота власти должна быть сосредоточена в руках революционной Директории. Эта идея показалась слишком сложной для Альфреда Коха, и он просто рекомендовал лишить безработных граждан, не платящих налоги, избирательных прав. Илья Пономарев отчаянно лоббировал на этом мероприятии идею бесплатных медицины и образования, наличие которых было бы в состоянии отучить россиян от державности, но не нашел поддержки у Евгения Чичваркина, который не мог взять в толк, почему обеспеченные, как он выразился, вылезшие из «болотной тины» люди, типа него самого, должны из своих кровно заработанных средств содержать «нищебродов».

В общем, если Каспаров собирался на этой панели представить зрителям состав и примерный образ деятельности будущей Директории, то с этой задачей он прекрасно справился. У каждого из членов «директората свободной России» оказался в запасе свой собственный Мавзолей, который он клятвенно пообещал покрасить в зеленый цвет, в результате чего стало понятно, что «разногласия по второму вопросу» окажутся роковыми для будущих отцов-основателей свободной России. Кстати, метивший на этом мероприятии в Джефферсоны Альфред Кох высказал и много ценных внешнеполитических идей, в частности, признал «конструктивным» прозвучавшее в ходе какой-то из панелей предложение передавать сирийской оппозиции переносные зенитные комплексы для поражения российских бомбардировщиков.

Однако при всем многообразии мнений по разнообразным сюжетам «обустройства» будущей пост-путинской России панелисты счастливо сходились в главном – в необходимости подвергнуть правящий класс нашей страны «люстрациям». Это совсем не страшно, восклицал Илья Пономарев, это же не уголовные дела, просто отстранение целого класса управленцев от участия в политической жизни на основании их соучастия в мероприятиях «преступного режима». Обращать внимание на то, что кроме, пожалуй, Каспарова, все остальные участники панели в разное время сотрудничали с «преступным режимом», выступали в поддержку его лидеров, занимали в этом режиме не самые маленькие должности, надеялись на его покровительство, получали от его представителей материальные средства в размерах, мягко говоря, превышающих максимально возможную заработанную плату, значит ломиться в открытую дверь. Это уже сказали все обозреватели, и панелисты, конечно, прекрасно понимали, что они услышат все эти доводы в ответ на свои предложения.


Вопрос, зачем они это делали? Зачем был им нужен этот цирк, вызвавший насмешки и презрение даже в среде искренних противников нынешней власти? Кто был на самом деле главным объектом атаки «свободоросцев»? Думаю, вся эта свистопляска была рассчитана на нескольких, не присутствовавших на Форуме людей, главным из которых был лидер «Яблока» Григорий Явлинский. В отличие от вильнюсских героев, которые много рассуждали, как режим падет в результате тех или иных стихийных обстоятельств, Явлинский не стал рассчитывать на стихию, а решил пойти вместе со своей партией на выборы в Государственную думу. При этом он сделал целый ряд заявлений, не слишком приятных для уха «рукопожатной» общественности. Явлинский демонстративно отказался от финансовой помощи Михаила Ходорковского, его партия разработала проект нового референдума в Крыму для легализации в глазах международной общественности присоединения полуострова к России. «Яблоко» попыталось нащупать какую-то компромиссную линию и в вопросе закрепления итогов приватизации. Всё это нашей революционной «Директорией» было единогласно осуждено как отступничество.

Весь смысл вильнюсских посиделок, похоже, заключался в обличении всякой компромиссной, умеренной линии в либеральном движении, которая могла бы принести ее сторонникам хоть какие-то голоса на выборах.

Понятно, что предложения Илларионова отдать Украине не только Крым с Донбассом, но и Ростовскую область могут заинтересовать в России только психиатра. Впрочем, то же самое следует сказать и о почти всех предложениях других уважаемых спикеров. Но одно дело избиратели, а другое – целевая аудитория, которая живет в своем мире и ставит 1000 лайков очередному безумному посту Божены Рынской, в которой она, путая Литву с Латвией, но не экономя «русских эпитетов», повествует о том, как ей удалось украсть айфон у журналистов российской телекомпании. Целевая аудитория, настроенная в общем столь же агрессивно и бескомпромиссно, как и Божена, может заклевать любого либерала, который пойдет на компромисс с «преступной властью» или, еще того хуже, захочет понравиться так наз. «оболваненному избирателю». Целевая аудитория в этом смысле легко управляема, ее не так трудно натравить на любого оппортуниста и соглашателя, достаточно несколько раз в день из одних и тех же авторитетных источников сопоставлять и сравнивать на все лады Россию 2010-х и Германию 1930-х. Понятно, что этот вой не произведет никакого эффекта на Зюганова, Жириновского или Миронова, а вот на Явлинского, увы, произведет. У Владимира Рыжкова в свое время, после Валдайского форума 2013 года, был шанс создать какое-то центристское либеральное течение. Начался визг по поводу его вежливого общения с главой государства, и он поспешно отошел в тень.

Однако почему радикалы так боятся, что их более умеренные коллеги пойдут на выборы? Что такого страшного случится с либеральной идеей в России, если пять-шесть ее твердых адептов будут сидеть в Государственной думе? В конце концов, и большевики имели в Думе свою небольшую фракцию, и сам Ленин считал, что те, кто этим оказался недоволен, был поражен «детской болезнью левизны», потому что фракцию можно использовать для пропаганды социалистических идей. Думаю, мы едва ли ошибемся, если предположим, что сторонники «свободной России» сегодня делают ставку на протестное голосование, на то, что люди будут отдавать свои голоса по принципу «чем хуже, тем лучше». А протестное голосование, как и в 2011 году, может стимулировать массовый уличный протест.

«Нам не за кого голосовать на этих выборах, и мы лучше проголосуем за того, за кого нельзя голосовать». В 2011 году многие именитые либералы именно по этой причине голосовали за коммунистов. Понятно, что если желать протестного голосования и надеяться на то, что его итоги ужаснут власть, нужно любыми способами препятствовать появлению в избирательном списке тех сил, присутствие которых сделает подобный электоральный протест безосновательным. И вот ради этой задачи нужно сейчас визжать, орать всякую чепуху, нести откровенную околесицу – только чтобы запугать всех, кто ослушается вильнюсского штаба, некими не официальными, но, тем не менее, вполне ощутимыми санкциями.

Посмотрим теперь, кто испугается и на это поведется.


Оцените статью