Трамп и западный «блок»

Аналитика и прогнозы

22.01.2018 15:00

Борис Межуев

702  9.4 (5)  

Трамп и западный «блок»

Чтобы продолжать осмысленно говорить и писать о существующих реалиях в международной политике, нужно использовать для этого описания ясную, сухую, нейтральную в ценностном отношении и, желательно, даже немного циничную терминологию. Между тем, в ходу совсем другое, а именно — многочисленные идеологические клише. К примеру, такое, как «либеральный международный порядок» — тот, против которого якобы восстал Владимир Путин и основополагающие принципы которого так беззастенчиво игнорирует Дональд Трамп.

Что это такое – «либеральный международный порядок»? Никто внятно ничего не говорит, а то, что говорится, не выдерживает критики.

Если это принципы, сформулированные в Уставе ООН, то понятно, что именно США на протяжении всех последних тридцати лет занимались подрывом «либерального порядка»,  и как раз Трампа в этом обвинить непросто. Если это принципы свободной торговли, то опять же нет ничего более им противоречащего, чем введенные Америкой и ее союзниками экономические санкции против России.

Если это просто «американоцентричный мир», то вроде бы именно Трамп всеми силами укрепляет американскую гегемонию, в том числе над своими союзниками, добиваясь от них большей лояльности конкретно Америке и ее приоритетам. А между тем, всеми признается, что у Pax Americana  нет большего врага, чем 45-й обитатель Белого дома.

Между тем, всё, что пишется о Трампе сегодня на Западе, — содержит одну простую мысль: есть нечто, что нынешний американский президент подорвал, и это нечто, тем не менее, надо спасти и укрепить. Что это за «нечто»?

Главная тема сентябрьского-октябрьского номера ведущего американского журнала «Foreign Affairs»  называлась «Трамп и союзники». В главной рубрике было семь статей плюс предисловие редактора журнала Гидеона Роуза: в статьях рассказывалось о сложных отношениях между Трампом и лидерами союзных с США стран – Франции, Германии, Великобритании, Австралии, Японии, Канады и Мексики. Все эти страны были не в восторге от прихода Трампа к власти, все они (за исключением Великобритании с ее собственным Брекзитом) получили от нового американского лидера либо какой-то открытый реприманд (за не слишком проамериканскую политику), либо намек на необходимость ужесточения требований к этим странам со стороны Вашингтона, ну либо прямо или косвенно высказанное пожелание – пересмотреть стратегические обязательства по отношению к этим государствам. Между тем, у каждой из этих стран нашлись умные лидеры, которые не вошли в прямую конфронтацию с Трампом, но попытались установить с ним хорошие отношения, вступить в торги и тем самым не разрушить отчаянно создаваемый всеми этими государствами «либеральный международный порядок», но парадоксальным образом его укрепить, в том числе за счет каких-то частичных уступок.

Редакция журнала в лице Гидеона Роуза, несомненно, находится на стороне несчастных «оставленных» союзников Америки, но при этом она всячески превозносит их за мудрый отказ от конфронтации даже с этим «неадекватным» руководителем, которого надо просто перетерпеть, дождавшись лучших времен. «Эти страны, — пишет Роуз, — находились  первые месяцы президентства Трампа в шоке, но потом они постепенно поняли, что должны каким-то образом приспособиться к новым реалиям – по крайней мере, на какое-то время. И до настоящего времени они наблюдают, ждут и надеются, что болезнь вскоре пройдет. Это их история».

Получается немного парадоксальная ситуация. Гидеон Роуз прямо говорит, что союзники США лучше самих США понимают ценность «либерального международного порядка», но при этом они также сознают, что без США такой порядок невозможен. Поэтому все слова канцлера Германии Ангелы Меркель о том, что Европа должна полагаться на саму себя, остались и останутся только словами. Никто на себя полагаться не собирается. Союзники «бунтуют» против Вашингтона, только еще в большей сползая на колени. И именно это и ставится им в заслугу вашингтонским внешнеполитическим истеблишментом, позицию которого в данном случае представляет редакция «Foreign Affairs». Мне это всё чем-то напоминает сказки Вильгельма Гауфа, типа «Карлик Нос», где злые властители третируют добрых слуг, а слуги мстят им еще более добросовестным послушанием.

Между тем, это и есть краеугольный камень того, что называется «либеральным международным порядком», верность которому признается главной добродетелью лидеров Франции, Германии, Канады и Австралии, и в намного меньшей степени – Великобритании и Японии, в которых национализм или, как теперь модно говорить, «популизм» поднял голову. Главная добродетель – это отказ от «суверенных» (в смысле боденовского суверенитета) прав на собственную политику, от мышления в духе политического реализма. Императив сохранения американского «блока» признаётся более высоким по иерархии, чем приоритеты собственных национальных государств.


Обратим внимание, что в журнале нет статей об отношениях США с иными союзниками – в частности, с Саудовской Аравией и, что более примечательно, Израилем. О Саудовской Аравии речь особая, а вот отсутствие Израиля в списке держателей «либерального международного порядка» требует размышления. В конце концов, Израиль – это демократия, это ближайший военный партнер США на Ближнем Востоке, и его значение в современном мире явно больше, чем Мексики или даже Австралии. Проблема в том, что «либеральный международный порядок» — это не весь американский «блок», выражаясь языком политолога и социолога Майкла Линда, это как бы половина «блока». «Блок» делится на две части: в одной из них те, кто готов отказаться от «суверенитета» во имя сохранения иерархически организованной системы с Вашингтоном наверху, в другой – те, кто считает, что в рамках этой системы можно (и должно) сохранить свой «суверенитет». Причем в различных вариантах: «суверенной демократии» — Израиль, «суверенной автократии» — Египет или «суверенного абсолютизма» — Саудовская Аравия.

Не сложно увидеть, что всё в политике США, что так или иначе ориентировано на возвращение «суверенитета», завязано либо на Израиль, либо на Саудовскую Аравию. И всё, что в американской политике подаётся как «интернационализм» (термин «реализм» в эпоху Трампа явно утратил свою политическую остроту и, соответственно, актуальность), имеет в своем резерве опору на весь этот «антисуверенный блок», из которого – явно временно – выпали Великобритания и отчасти Япония. Кстати, подозреваю именно это видимое разделение внутри американского «блока» является реальной причиной столь популярной сегодня в России конспирологической концепции о противостоянии на международной сцене семейств Ротшильдов и Рокфеллеров.

Но, на самом деле, конфликт этот не сводится к соперничеству бизнес-кланов, хотя очевидно, что те или иные кланы могут выбирать в этом конфликте ту или другую стороны.

Ясно, какую сторону в нем избрало семейство Трампов: оно четко и последовательно сделало ставку на этот «суверенистский» подблок американского «блока» и тем самым вступило в конфронтацию с теми, кто, по их собственному признанию, остается верен «либеральному международному порядку», или – в нашей реалистической терминологии – «антисуверенистскому» подблоку американского блока. Кстати, именно в этом разделении — залог устойчивости такого странного феномена американской идеологической жизни, как «неоконсерватизм». «Неоконы» — своего рода мембрана между этими двумя сегментами: они одновременно и за Израиль, и за «либеральный международный порядок». Роберт Кейган третировал европейцев за пацифизм и склонность к дипломатии против насилия, а его супруга Виктория Нуланд, занимая важную должность в администрации Обамы, в Госдепе, по воспоминаниям бывшего министра иностранных дел Венгрии, выдвигала набор жестких требований к руководству страны, включая отношение к церкви, НГО и пр., то есть действовала от имени не просто Америки, но именно «либерального порядка», стремясь вписать Венгрию именно в него, а не в сообщество «суверенных союзников США» вместе с Израилем и Саудовской Аравией. Поэтому неоконы незаменимы как советники для обеих сторон, и, увы, столь же незаменима Россия как общий для них всех противник.

Если у России в последние годы была какая-то большая стратегия, то это была стратегия стать частью «американского блока» в виде нового его «суверенного» компонента – ближе к Израилю, подальше от слишком авторитарной Саудовской Аравии, но и не совсем с «постсуверенной» Европой. Выражение «суверенная демократия» не случайно слетело с уст одного из недавних руководителей нашей внутренней политики.

Этому желанию явно противоречили две вещи: 1) ориентация нашей сырьевой экономики на европейский рынок, тесные хозяйственные узы, связывающие нас с Германией и континентальной Европой в целом, 2) и осторожный курс нашей дипломатии, идущий еще от СССР, который сводится к тому, что надо дружить с «рационально мыслящими людьми во всем мире», а не поддерживать Вашингтон и Тель-Авив во всех их «суверенных» авантюрах. Украинский кризис резко ослабил вот эту реалистически-проевропейскую сторону российской политики, и вторая – назовем ее «суверенистской» — очень явно вышла на первый план, достигнув своей кульминации в так наз. «надеждах на Трампа».

Конечно, когда автор этих строк в начале прошлого года выдвинул идею «цивилизационного реализма», это не могло не звучать как свидетельство разочарования в этих надеждах. Дело не только в том, что Трамп ничего не сделал для снятия санкций, для ослабления давления на Россию, что он усилил военное присутствие в Афганистане, поставил под сомнение иранскую сделку и явно, судя по недавнему признанию его госсекретаря, не собирается в ближайшее время оставлять и Сирию. Дело в том, что его присутствие в Белом доме так переформатировало западную политику, что отныне все антисистемные силы на Западе, кто еще недавно протестовал против незаконной интервенции в Ирак, вынуждены либо присоединяться к меркелево-макроновскому «бунту на коленях», либо, напротив, проявлять свою самостоятельность, поддерживая курс Трампа. Конечно, есть еще эксперты, в духе Эндрю Басевича, который в том же номере «Foreign Affairs» призывает спасти идею «America  First» от ее главного на сегодня пропонента, но совершенно очевидно, что это на сегодня нерешаемая задача.  Именно Трамп как никто другой максимально укрепил «западный блок», просто резко завысив ставки Америки на ее в нем участии и заставив другие страны либо соглашаться с этим, либо бунтовать против этого завышения, но именно против него, а не самого факта американской гегемонии, уже неоспоримой.

Если продолжать сравнение Трампа с Ельциным, то можно увидеть, как бы мог вести себя лидер суверенной России, если бы он хотел улучшить положение республики в Союзе, но при этом желал бы все-таки сохранить сам Союз. Хотя, конечно, всякое сравнение хромает, и смиренного «бунта на коленях» от Латвии и Грузии ожидать было бы сложно.

Реалистическая задача России сейчас – это не стремиться занять в «западном блоке» какое-то выгодное место, а отойти от западной политики в сторону, чтобы позволить «блоку» разрушиться изнутри. Увы, Россия на сегодня не заинтересована в сохранении «либерального международного порядка», но это не означает, что в ее интересах – торжество оппонентов этого порядка в западной цивилизации. России нет нужды участвовать в борьбе двух сил, ни одна из которых не имеет никаких обязательств по отношению к нашей стране и не собирается выполнять никакие договоренности по отношению к ней.

И чем скорее распадется западный «блок» на две свои половинки, тем скорее мы выйдем из западни, расставленной для нас историей.


Оцените статью