В поисках 50 честных губернаторов

Власть и общество

29.07.2016 13:04

Борис Межуев

541

В поисках 50 честных губернаторов

В свое время родоначальник отечественного консерватизма Николай Карамзин произнес знаменитую фразу, что России нужны не новые хорошие законы, а 50 честных губернаторов. В том смысле, что какие бы хорошие институты ни создавались, какие бы конституции ни устанавливались, решают все люди, а среди этих людей очень мало тех, кто, придя к власти, не начнет немедленно решать собственные дела. На самом деле Карамзин был не совсем прав, законы также имеют большое значение, что, кстати, он сам и доказал отрицательным примером. Думаю, если бы все-таки оппонент Сперанский в начале XIX века ввел бы в какой-то форме народное представительство, история нашей страны пошла более эволюционным путем. Но тем не менее проблема, поставленная Карамзиным, сохраняет свое значение – как найти 50 честных губернаторов.

Проблема далеко не банальная. Любой человек, который приходит возглавить региональную власть, часто сваливается в одну из двух крайностей. На него начинает сразу же давит местная элита, пробуя его на зуб – силен или нет новый начальник, а это часто значит, может ли он сразу же сместить всех местных и привести своих людей, или же он начнет либеральничать, оставит всех на своих местах и позволит им обделывать свои делишки

Эффективность от этого либерализма, понятное дело, не увеличивается. Как сделать так, чтобы губернатор был и честен, и силен одновременно, чтобы он привел с собой сильную команду единомышленников, но при этом такую команду, которая бы не занялась немедленно извлечением дохода из всех местных ресурсов.

Карамзин был очень не доволен реформами Александра I по созданию того, чтобы мы сегодня назвали «рациональной бюрократией», такого исполнительного слоя чиновников, исполняющих чужие приказы и действующих в строго отведенных законом рамках. Смысл александровских реформ заключался в том, что все чиновники жестко распределялись по различным министерствам и двигались вверх по строго определенным линиям. Ежели ты прикреплен к военному министерству, то и будешь работать строго по этому ведомству, а вот если служишь в министерстве внутренних дел, тогда действительно в скором времени можешь оказаться в губернаторском кресле. Вроде бы такая система гарантирует наличие у чиновника, находящегося на определенной должности, нужных компетенций. Но при этом полностью парализует дух инициативы: даже если губернатор оказывается и силен, и честен, он все равно слишком много думает не столько о деле, сколько о том, как бы не совершить чего-то такого предосудительного, что не понравилось бы непосредственному министерскому начальству и помешало бы спокойному движению по службе, достойной отставке и заслуженной пенсии. Александровская система полностью убивала в государственных людях столь нужное им качество, как честолюбие.


Карамзин противопоставлял этой бюрократической системе систему Екатерины Великой, любимой им русской императрицы. При ее правлении каждый способный человек мог оказаться на любом месте: популярных военачальников и искусных царедворцев Екатерина отправляла поднимать и развивать новые области: граф Потемкин стал первым генерал-губернатором Крыма и Новороссии, а граф Румянцев-Задунайский – генерал-губернатором Малороссии. Успешных и честолюбивых государственных мужей императрица приближала и возвышала, а посредственных отдаляла. Каждый имел возможность проявить себя на своем посту, чтобы заслужить высочайшее одобрение повелительницы. О спокойной жизни и пенсии никто не думал, думали о победах и свершениях.

Надо признать, вот в этом аспекте империя Романовых советы Карамзина – держать в памяти кадровые принципы екатерининского царствования – проигнорировала: бюрократическая система так и осталась ригидной и неспособной к серьезным прорывам на региональном уровне

Однако последние кадровые перестановки Владимира Путина как будто основываются именно на этих рекомендациях русского консерватора. Способные чиновники из силовых и несиловых федеральных ведомств отправляются в сложные, проблемные со всех точек зрения регионы, вероятно, для того, чтобы набраться нужного опыта на местах, переломить экономическую ситуацию в регионе в положительную сторону и затем совершить рывок в своей политической карьере. Это и есть та самая ставка на честолюбие, но на честолюбие, которое должно подкрепляться умением работать в сложной ситуации, выпутываться из многочисленных проблем на местах.

Надо чуть поправить формулу Карамзина. Россию спасут, может быть, не 50 честных губернаторов, но 50 эффективных кризис-менеджеров, то есть не только честных и не только губернаторов. Почему же, однако, до сих пор эта новая управленческая элита не выступала вперед? Увы, слишком важным, действительно важным фактором был фактор лояльности. Распад СССР начинался с республик, с так называемого парада суверенитетов. Главная задача новой власти в 2000 году было удержать территориальную целостность страны, избежать очередного парада. Эффективность руководителя была вторичным фактором по отношению к его верности верховной власти и готовности играть по правилам, например, не выбивать из центра бюджетные или кадровые поблажки за счет поддержания определенного уровня политической нестабильности в регионе. Как это делали региональные начальники в СССР, смотревшие сквозь пальцы на шахтерские забастовки.

Масштабная перестановка 28 июля, похоже, означает начало кадровой революции Путина, смысл которой состоит в том, чтобы поставить эффективность на одно из лидирующих мест

В одном только случае – в случае перемен в Калининградской области – смена губернатора может быть объяснена соображениями безопасности. В иных случаях – и в Ярославле и особенно в Севастополе – в отставку или на другую должность отправлены руководители, не обеспечившие своему региону хозяйственного подъема. Возможно, перед Сергеем Меняйло и не стояла подобная задача, но понятно, что перед Дмитрием Овсянниковым она уже будет поставлена непосредственно. В любом случае видно, что в региональную власть идут вторые лица различных министерств, и надо полагать, что в том случае, если им удастся достигнуть впечатляющих результатов, возвратятся они в Москву уже в качестве первых лиц этих или иных организаций.

Итак, можно сказать, что спустя почти 250 лет после рождения первого русского консерватора, 205 лет с момента выхода его главного политического труда «Записка о древней и новой России» советы Карамзина наконец услышаны российской властью. Будем надеяться, что классик остался бы доволен.


Оцените статью